До сих пор считалось, что лечение рака – дело лишь онкологов, хирургов и радиотерапевтов. Но в последнее время в борьбу с онкологическими заболеваниями все активнее включаются психологи и психотерапевты. Неужели гипноз и другие психологические техники действительно способны помочь победе над раком? На этот вопрос отвечает Офер Меримский, ведущий онколог больницы Ихилов (Израиль, Тель-Авив).
– Чем, на ваш взгляд, гипноз отличается от медитации?
– Гипноз в первую очередь основывается на установках. К примеру, если пациент жалуется на боль после процедуры, я сосредоточусь преимущественно на установках, касающихся боли. Если пациент страдает от тошноты, я попытаюсь задать ему установку об отсутствии этого побочного эффекта. Чувство тошноты я пытаюсь заменить чувством голода – как бы в противовес.
– Это потому, что многие люди теряют аппетит после химиотерапии?
– Совершенно верно. Если пациент жалуется на усталость, я попытаюсь внушить ему, что, во-первых, он не так сильно устал, и во-вторых, что у него еще много сил. Гипноз можно модифицировать таким образом, чтобы установки максимально соответствовали нуждам и потребностям конкретного пациента.
– Когда больные чаще всего обращаются за гипнозом – во время химиотерапии, лучевой терапии или, возможно, после хирургической операции?
– Гипноз интересен тем, что мы может адаптировать его к той методике, по которой в текущий момент лечится пациент. Что касается хирургии, достаточно одного сеанса утром, перед назначенной операцией. Если больной проходит курс лучевой терапии, мы сочетаем гипноз с разговорной или когнитивно-поведенческой психотерапией.
– А что это такое – когнитивно-поведенческая психотерапия?
– В когнитивно-поведенческой психотерапии изучается влияние мыслей и убеждений человека на его самочувствие – как эмоциональное, так и физическое. Мысленный настрой может также влиять на модели поведения. Если человек, оказавшись в определенной ситуации, думает: "Ой, какой ужас, это самое страшное, что могло со мной произойти. Я не справлюсь", то самим тоном мыслей он задает себе соответствующее настроение. Он подавлен, угнетен и расстроен. Во время сеанса мы прорабатываем все эти негативные мысли, занимаемся своего рода реструктуризацией убеждений. Мы задаем другую установку: "Да, мне плохо, но я справлюсь с этой проблемой. Не пожелаю подобного даже злейшему врагу, но я все это переживу – и смогу смело встречать каждый новый день, даже зная, что меня ожидает". Словом, мы работаем над реконструкцией мыслей. Это помогает людям почувствовать себя лучше.
– То есть вы сочетаете гипноз с попытками научить людей оптимизму, чтобы больным было легче проходить лучевую терапию, химиотерапию, ложиться на операцию?
– Совершенно верно.
– Замечали ли вы разницу в темпе выздоровления пациентов после ваших сеансов?
– Что касается самих пациентов, они гораздо меньше страдают от стресса. Радиологи, к примеру, фиксируют в своих отчетах, что больные реже жалуются на утомляемость после лучевой терапии. Мы провели рандомизированное клиническое испытание, в котором приняли участие 200 пациентов, проходящих радиотерапию, и официально зафиксировали уменьшение числа жалоб на хроническую усталость. Так что этот проект оказался весьма успешным. Кроме того, мы обращаем внимание на то, что нам рассказывают сами больные. А больные сообщают, что наши стратегии полезны не только при решении текущих проблем. В дальнейшем люди могут самостоятельно применять те же приемы, ведь теперь они знают, как правильно формулировать установки.
– Значит, после того, как вы научили людей правильно мыслить через гипноз, они могут использовать те же приемы в будущем, в других стрессовых ситуациях? Как это происходит? Вы выдаете людям какую-то аудиозапись – или они просто садятся и вспоминают, как проходили сеансы, считают от пяти до одного?
– Пациентам, конечно, следует применять наши техники и самостоятельно. Мы стараемся предложить им стратегии, подобранные в индивидуальном порядке. Если пациенты желают получить аудиозапись, мы предоставляем им такую возможность.
– То есть у вас есть готовые записи?
– Да, у нас есть CD и файлы в формате MP3. Дополнительно мы разрабатываем приложение для смартфонов.
– Потрясающе.
– Таким образом, пациент может включить запись сеанса на своем смартфоне. Некоторые люди вообще предпочитают все делать самостоятельно. Наша позиция по этому поводу проста: главное - чтобы пациент был доволен. Все люди разные, и мы вовсе не стремимся навязать конкретную методику. Мы стараемся подобрать оптимальную стратегию совместно с пациентом и помочь ему в борьбе с раком.